- Ты извращенец, Падалеки - говорит Дженсен. У него удивительно подвижная мимика, издержки профессии, и вот сейчас на его лице смесь удивления, недоверия и плохо скрытой насмешки.
- Да, я знаю. Но поэтому ты меня и любишь, детка.
Дженсен скептически хмыкает, но послушно тянется к тумбочке за своими очками. Джаред заворожено наблюдает, как он втягивает в рот левую дужку, нарочито томно хлопая ресницами.
- Ну, хватит уже тянуть, - выдыхает он.
- Кто платит, тот заказывает музыку, - ухмыляется Дженсен, водружая очки на переносицу, прежде чем опустититься на колени. В минете за пятьдесят тысяч баксов обязательно должна быть своя изюминка.
|
